«ЗиМ» как он есть

В поле зрения российских хот-роддеров все чаще попадает автомобиль «ЗиМ», строгий и представительный образ которого вдохновляет на постройку «свинцовых саней». Журнал «Мотор» также поддался этому искушению. Идет работа над машиной – неплохо сохранившейся, но не совсем оригинальной. Что же собой представлял «ЗиМ», он же ГАЗ-12, в оригинале?

Родина Бунина и Бухарина

В детстве я думал, что «ЗиМ» – это такая большая «Победа». И одним из первых детских впечатлений от Москвы начала 70-х было как раз то, что «по дороге едет «ЗиМ». Но за руль этого автомобиля я сел только спустя четверть века.

«Дорвался. И что с того? Машина – римейк и не более того», – скажут многие, кто уверен в том, что «совок» умел делать только танки, спутники, ракеты для уничтожения спутников и самые большие микрокалькуляторы в мире. Однако это не совсем так. И пример более достойный, чем «наш «ЗиМ», надо еще поискать. Возьмем, к примеру, английский журнал Classic and sportscar.

Это авторитетное издание, которое специализируется на автораритетах, уделяет внимание такой маленькой машинке, как Sunbeam 1963 года, только потому, что это английская марка и частица истории их королевства.

При всем желании отнести Sunbeam к разряду оригинальных и продвинутых в техническом плане конструкций невозможно, такие в Запорожье выпускали пачками. А то, что аналогов «ЗиМу» в послевоенной Европе не было — это точно. Даже Rolls-Royce представил свое первое послевоенное поколение Silver Dawn на полгода позже «ЗиМа». Другим же было вовсе не до размаху. Можно гордиться. По крайней мере за страну – как говорил один из персонажей в фильме Сергея Соловьева «Дом под звездным небом», за «Родину Бунина и Бухарина».

Не будем слагать легенды, но когда в апреле мы покупали наш – редакционный – «ЗиМ», то в машину, простоявшую 3 года «под звездным небом», залили бензин и воду, поставили свежий аккумулятор и проверили масло. И все.

«ЗиМ» тихо завелся и тихо пошел.

Пять с половиной метра собственной гордости

Весной 1948 года завод имени Молотова приступает к созданию представительского автомобиля. Машина, получившая заводской индекс «ГАЗ-12», имела вполне определенный статус – автомобиль для второго эшелона руководства страны. По всем основным параметрам он должен был быть на ступень ниже классом, чем лимузин «ЗиС-110», которым пользовалась верхушка власти. В том, что «ЗиМ» был обречен быть вечно вторым, никто не сомневался – достаточно сопоставить имена, присвоенные московскому и горьковскому автозаводам.

А ведь горьковская машина была более передовой, чем «ЗиС». Во-первых «ЗиМ» имел несущий кузов, что для длиннобазной и тяжелой машины являлось в те годы смелым, не имевшим аналогов решением, которое позволяло облегчить конструкцию сразу на 200 кг. Во-вторых, на «ЗиМе» впервые была применена гидромуфта, которая обеспечивала исключительную плавность хода. Внешний вид машины во многом перекликался с седаном Cadillac Fleetwood 61 1948 года.

К ноябрю 1949 года был готов опытный образец, который показали на праздничной демонстрации в Горьком.

Только через 3 месяца машину увидели Сталин и его ближайшее окружение. Автомобиль понравился, что случалось нечасто. Создатели были удостоены Госпремии. Но узнав, что главным конструктором машины был Липгарт, Сталин буркнул, что его следовало наказать еще за «Победу». Что и было сделано – в 1952-м Липгарта сослали на Урал простым инженером.

Осенью 1950 года автомобиль пошел в серию. Его 6-цилиндровый рядный двигатель представлял собой форсированный мотор грузовика «ГАЗ-51», а по сути – полтора мотора «Победы» (значит, детские впечатления не были ошибочными). Благодаря изменениям впускного коллектора, отказу от ограничителя оборотов и применению более совершенного карбюратора мощность мотора выросла с 70 до 90 л. с.

С 1951 года на базе «ЗиМа» начали выпускать карету «скорой помощи» – «ГАЗ-12Б». «Скорая» имела стеклянную перегородку за передними сиденьями, два откидных кресла и выдвижные носилки в заднем отсеке. Кузов остался 4-дверным – загрузка и выгрузка носилок производилась через крышку багажника. «ГАЗ-12Б» имел опознавательный фонарь на крыше и фару-искатель на левом переднем крыле. Такие машины оставались на «вооружении» минздрава вплоть до начала 80-х и докатывали свой век в провинциальных городах. В том же 1951 году было изготовлено 3 экземпляра с 4-дверным открытым кузовом фаэтон – «ГАЗ-12А».

Масштабы производства «ЗиМов» (до 2000 автомобилей в год) скоро позволили обеспечить все номенклатурные автохозяйства. Со временем дошла очередь и до простых смертных. Самая простая модификация — автомобиль-такси. Изменения коснулись только обивки сидений, поставили дерматин вместо велюра. Автомобили «ЗиМ» продавались и в частные руки. Государственная цена – 40 тысяч дореформенных (1961 г.) рублей. «Победа» стоила тогда 16 тысяч.

Всего с 1949 по 1959 год было выпущено 21527 автомобилей. Мы познакомились с экземпляром из первой сотни.

«Шасси №100»

Первым хозяином этой машины был начальник гаража особого назначения (ГОН). Поэтому автомобиль тоже особый. «Шасси №100», год выпуска – 1950-й. Семь лет автомобиль жил нормальной номенклатурной жизнью, не испытывая недостатка в качественном бензине, масле и внимании. В 1957 году была разоблачена антипартийная деятельность Маленкова (предсовмина), Молотова (министр иностранных дел), Кагановича (министр путей сообщения) и «примкнувшего к ним Шепилова» (секретарь ЦК). Последовала чехарда с переименованиями заводов, шахт, пароходов и детских садов. Завод имени Молотова переименовали обратно в ГАЗ, а машине «имени Молотова» вернули заводской индекс «ГАЗ-12». Естественно, аббревиатура «ЗиМ» по бокам капота и на облицовке радиатора тоже была заменена.

Население отнеслось к этим нововведениям индифферентно, по шильдикам можно было только определить год выпуска машины – до или после 1957 года. Но хозяину шасси ? 100 пришлось заменять в машине все, что было связано с именем опального министра иностранных дел. Иначе кремлевский «зимовладелец» рисковал быть неправильно понятым и отправиться, например, вслед за Маленковым строить плотину. Даже кнопка звукового сигнала с надписью «ЗиМ» была заменена на кнопку с оленем от только что пошедшей в серию «Волги». Такую процедуру ГОН проделал со всеми своими машинами – быстро и скрытно, как вынесли Сталина из Мавзолея. Бред?

Но 40 лет назад люди жили совсем в другой стране.

За исключением смены антипартийных шильдиков за все годы выпуска автомобиль «ГАЗ-12» не изменялся.

Первая встреча с «шасси ? 100» состоялась на Красной площади. Голландское телевидение снимало фильм про Сталина, нас же интересовал только автомобиль. Потом поехали на Лубянку, к центральному подъезду. Голландцы о существовании такой машины, как «ЗиМ», узнали случайно – увидели в августовском выпуске «Мотора», загорелись, и в конце сентября были уже в Москве.

Не знаю, отдавал ли режиссер себе отчет в том, что генералиссимус не ездил на «ЗиМе», но по мнению съемочной группы эта машина идеально вписывалась в имидж тоталитарной эпохи.

Мы же, поговорив по душам с нынешним владельцем этого роскошного аппарата, договорились о встрече в более непринужденной обстановке – съемки на Красной площади, как известно, чреваты тем, что советами замучают.

Непринужденным местом оказалась Барвиха. Черный лакированный исполин приветливо распахивает тяжелые двери. Задние открываются против хода. Велюровый салон пахнет отнюдь не машинным маслом – на центральной стойке лобового стекла закреплена капсула, в которую заливался либо ароматизированный экстракт, либо парфюм. Капсула была пуста, но салон так пропах привычками партноменклатуры, что хватит еще надолго.

Приборная панель сама по себе монумент, как «сталинский» дом. Огромный круглый спидометр, симметрично с ним часы, в центре – трехдиапазонный ламповый радиоприемник. Сверху панели, также по центру, тумблер включения «дворников». Все переключатели и кнопки выполнены из особой пластмассы «под слоновую кость».

Создается полная иллюзия того, что панель и оконные рамки облицованы деревом дорогой породы, но это всего лишь фактурная краска по металлу. Метод нанесения был изобретен на заводе за несколько месяцев до начала выпуска «ГАЗ-12».

«ЗиМ» – машина для пассажира. Огромное пространство для сидящих сзади получено за счет удобств водителя — передний диван очень близко сдвинут к рулевому колесу и закреплен намертво. В этом отношении и «Победа», и «Волга», с точки зрения водителя, более эргономичны.

В спинке дивана сзади установлены ручки и часы прямоугольной формы, завода которых хватает ровно на неделю. Вообще-то на их месте должна быть здоровенная пепельница, но первый хозяин, видимо, не поощрял курение и предпочел установить часы. Под спинкой два откидных сиденья – страпонтены. Их раскладка производится в три приема: откидывается сиденье, из сиденья – полспинки, затем еще полспинки. Несмотря на кажущуюся хрупкость конструкции откидных сидений, они довольно удобны и позволяют выдержать дальнюю дорогу. Хотя хозяева жизни на них не сидели.

Задний диван – просто царский. Он рассчитан на двух пассажиров, но и с размещением третьего проблем не будет. При этом можно вытянуть ноги и положить их на разложенные страпонтены. По бокам дивана, над колесными нишами, остались пепельницы – по одной с каждой стороны. Задние боковые окошки открываются подобно форточкам.

Огромный капот откидывается вбок – в любую сторону. При желании его можно вообще снять без помощи инструментов – достаточно отпустить защелки. Поскольку машина была приписана к ГОНу, не обошлось без «наворотов». За облицовкой радиатора спрятан третий – дополнительный – звуковой сигнал размером с глубокую тарелку и звучанием, напоминающим рев сирены воздушной тревоги. Дополнительная светотехника тоже тех лет.

Поразили «примочки» на задних фонарях. Поверх красного стеклянного рассеивателя наклеены синие линзы в хромированном ободе – при включении габаритов получается яркое фиолетовое свечение. Ночью такая иллюминация выглядит очень здорово. А стоп-сигнал у «ЗиМа» всего один, в виде красной звезды на крышке багажника.

По дороге едет «ЗиМ»

Включаем зажигание, кнопка стартера находится на левом краю приборной панели. Капот едва заметно пошевелился и успокоился. Нижнеклапанный мотор почти не слышно, рядная шестерка – это оптимальная конфигурация.

Холостой ход – 300v400 оборотов, максимальная мощность снимается при 3600, а максимальный момент – при 1900 об./мин.

Все три педали – напольные. Рычаг переключения передач расположен справа на рулевой колонке и имеет тот же алгоритм, что и на «Волге». Включаем первую, отпускаем сцепление, но машина стоит на месте. Гидромуфта рассчитана таким образом, что холостых оборотов двигателя для трогания не хватает. Для этого нужно нажать педаль газа. Если убрать ногу с педали, машина остановится, но не заглохнет. Трогание можно отнести к разряду «самых плавных».

Разгонная динамика такому аппарату ни к чему. По паспорту для разгона до сотни требуется 37 секунд.

Трогаемся по инструкции: «В хороших дорожных условиях трогаться с места следует на второй передаче, а в плохих – на первой». Первая пригодится лишь при начале движения по раскисшему проселку, либо в гору.

Поехали. Не торопясь переключаемся на третью – прямую. Тихоходный двигатель кажется очень эластичным, а гидромуфта избавляет от частых переключений. Вторая передача может использоваться в диапазоне от 0 до 80 км/ч. Почти автомат – включил и поехал. «Переключение со второй передачи на прямую и наоборот можно производить при любой скорости движения» – это тоже из инструкции.

Вхождение в поворот на малой скорости напоминает замедленное кино – машина не спеша поворачивает, занося сначала флажок на капоте, затем водителя, затем заднюю часть. Водителю же кажется, что все вращается вокруг него. Гидравлический привод тормозов не имеет усилителя, но титанических усилий не требует — двухтонная махина замедляется очень уверенно и охотно.

Об усилителе руля речь в те годы тоже не шла. Рулевое колесо большого диаметра позволяет управлять автомобилем не напрягаясь. Сечение рулевого колеса призывает не вцепляться в него мертвой хваткой, а рулить, положив ладони на обод или спицы. Автомобиль послушно повинуется, не вынуждая водителя делать резкие движения. Машина требует нежности и сама платит тем же.

Плавность хода воспринимается как нечто само собой разумеющееся – пассажиры «ЗиМов» были не из простых.

Причем чем выше скорость, тем больше плавность хода. Когда переваливаешь за 90, возникает ощущение полета. Почти две тонны луженого металла скрадывают скорость и все внешние раздражители – неровность дороги или боковой ветер.

Рулишь и как бы спрашиваешь: «Куда, товарищ генерал?» А когда сядешь на задний диван, невольно начинаешь давать команды «поверни туда, поверни сюда».

Говорят, что металл аккумулирует информацию. И этот «ЗиМ» может поведать многое о своем времени. Динамик лампового радиоприемника, чуть похрипывая, выдает вполне приличный саунд, и теперь – спустя 46 лет – можно узнать об интригах в Кремле. Но в этой машине хочется слушать Клавдию Шульженко и курить папиросы.

Журнал «Мотор» призывает всех, кто располагает полностью аутентичными автомобилями, не «хот-родить» и не вносить изменения в них. Такие автомобили должны быть сохранены до лучших времен для национального музея.

Благодарим отдел общественных связей АО «ГАЗ» за предоставленную информацию.

Журнал Мотор

Метки: Cadillac Fleetwood ГАЗ-12А ГАЗ-12Б ЗиМ

Яндекс.Метрика