Быка за рога

Если остановиться на обочине шоссе, в том месте, где кончается асфальт и начинается пашня, и задуматься, то можно прийти к выводу, что у тракторов и суперкаров много общего. Руль, четыре колеса, мощный тяговитый мотор и, конечно же, имя Lamborghini. И если бы итальянцы задумали снимать римейк советского фильма «Трактористы», то на главную роль подошел бы именно Ферруччо Ламборгини — первый парень на деревне, находчивый, смекалистый и темпераментный, как продукция фирмы, носящей его имя.

КОРРИДА

Этот анекдот оброс уже такой бородой, какую, наверное, мог бы иметь Ферруччо Ламборгини, доживи он до сегодняшнего дня.

— Что это за увалень сидит у меня в приемной? — спросил Энцо Феррари у своей секретарши.

— Это синьор Ламборгини. Он хотел бы поговорить с вами об усовершенствовании наших автомобилей.

Относительно того, что случилось потом, существуют две версии. По одной — Феррари начал кричать, что «не позволит всяким выскочкам учить его». Дверь в его кабинет якобы была приоткрыта, и возмущенный Ламборгини тут же покинул помещение. По другой — диалог между мировой знаменитостью и тем, кому только предстояло ею стать, все же состоялся.

Тот июньский день 1962 года выдался очень жарким, поэтому Ферруччо Ламборгини явился без пиджака, в ярко-алых подтяжках и, фамильярно развалившись в кресле, начал излагать суть вопроса.

— Вот что, синьор Ламборгини, — резко оборвал его Энцо, — мои автомобили самые совершенные, и у них нет и не может быть никаких недостатков! Вы бы лучше поплотнее занялись своими сенокосилками и прочими сноповязалками. Каждый должен делать свое дело. И, как говорится, рожденный ползать летать не может.
Ламборгини вышел, хлопнув дверью, а Феррари все никак не мог успокоиться: «Красные подтяжки — не повод рассуждать о красных автомобилях. Не пускайте больше ко мне всякую деревенщину…»
Так это было или несколько иначе — не суть. Принято считать, что именно высокомерию Феррари мы обязаны появлением на свет автомобилей марки Lamborghini.

ДЕМБЕЛЬСКИЙ АККОРД

Как известно, все величайшие изобретения придумали лентяи, чтобы поменьше работать. Ферруччо Ламборгини родился в самый разгар Первой мировой войны, 28 апреля 1916 года, в небольшом местечке Ренацио-ди-Ченто близ Феррары. Восьмой по счету ребенок в семье, он явно не собирался всю жизнь пахать, как папа Карло. Пока его сородичи горбатились в поле, Ферри торчал в своем сарае, мастеря разные механизмы. Некоторые из них даже пригодились в хозяйстве, облегчая труд. Хотя от такого времяпровождения было и другое удовольствие: одному только господу известно, сколько селянок из Ренацио-ди-Ченто и его окрестностей перебывало в том сарайчике. В округе парня прозвали Ферруччо-бычок.

Только старик Ламборгини сумел разглядеть в отпрыске зачатки таланта и отправил его учиться в технический колледж в Болонье. Отцовские надежды Ферруччо оправдал — учебу он окончил с отличием, однако после его почти сразу призвали в армию, присвоив как дипломированному специалисту звание лейтенанта. Новобранец служил на острове Родос, в воинской части, обслуживавшей авиабазу итальянской армии. К самолетам «крестьянина» не подпускали даже близко, а всучили ему в ведение всю наземную технику: бензовозы, тягачи, авиастартеры, легковушки. С ними Ферруччо управлялся играючи, а все свободное время проводил в офицерском клубе.

Еще на службе он лелеял мечту о собственном деле и после войны сразу ушел из армии, чтобы заняться собственным бизнесом. Новоиспеченный дембель зачастил на свалки разбитой техники — после сражений Второй мировой этого добра по всей Италии было навалом. Время требовало «перековки мечей на орала», и хорошая сельхозтехника была в ту пору на вес золота. Свои первые трактора Ламборгини мастерил из милитаристских обломков, однако так качественно, что спрос превышал предложение. В 1947 году он зарегистрировал фирму Lamborghini Trattory SpA. Уже через два года его предприятие получило правительственные гарантии, а к 1958 году стало главным в Италии производителем тракторов.

Параллельно Ламборгини освоил производство отопительных систем и кондиционеров. Так что его роль в послевоенном восстановлении экономики Италии вышла уже на государственный уровень. Правительство наградило его высшим титулом «коммандаторе», а президент сделал его Кавалером Лаврового Венка.

Но главной страстью Ламборгини были спортивные автомобили. Еще в первые послевоенные годы он переделал свой Fiat Topolino в гоночный и принял на нем участие в нескольких ралли, но подвела ненадежность конструкции, и Ферруччо не завоевал ни единого приза. С обретением богатства и могущества все изменилось. К концу 50-х в гараже главного тракториста Италии стояли Mercedes-Benz 300SL, Jaguar E-Type, Maserati 3500GT и целых три Ferrari — лучших спортивных автомобилей того времени. Хотя и в них Ламборгини находил недостатки.

БЫК-ПРОИЗВОДИТЕЛЬ

Красный, как подтяжки, Ламборгини вышел из офиса Феррари, сел в свой Ferrari GT250 и поехал к ближайшему дилеру, чтобы продать этот «полуфабрикат» за бесценок без всякого сожаления. «Это было для меня настоящим потрясением, — вспоминал потом Ферруччо. — Я вернулся домой, пропустил стаканчик-другой вина, чтобы успокоить свои нервы, а потом решил, что этот самодур еще узнает у меня». Чуть ли не на следующий день он зарегистрировал фирму Lamborghini Automobili SpA.

Для будущей фабрики он купил участок земли между Болоньей и Моденой и новые цеха возвел практически мгновенно. Одновременно Ламборгини начал формировать команду будущей фирмы. Из «красной конюшни» он переманил Джотто Бизарини, Боба Уоллеса и Паоло Даллара. Те были не в восторге от своего бывшего патрона, так что общий язык с Ламборгини нашли сразу. Плюс к этой троице Ферруччо выдернул из Maserati Паоло Станцани, который после стал генеральным управляющим фирмы. На эмблему новой марки поместили разъяренного быка — сам Ламборгини был большим поклонником корриды. Однажды будучи в Севилье он посетил ранчо знаменитого Эдуардо Миуры Фернандеса, чья семья к тому времени уже сто лет развлекала публику убийством быков, и был так впечатлен увиденным, что сразу решил, какой именно символ он выберет для своих автомобилей. К тому же Ламборгини по гороскопу был Телец и, как все итальянцы, верил в астральную поддержку.

С такими силами уже через год на Туринском автосалоне Ферруччо показывает свою первую модель — Lamborghini 350GT. Правда 270-сильный мотор не поместился в машину, и его показывали рядом. Кузов кроил главный стилист ателье Bertone Франко Скальони. Автомобиль вызвал ажиотаж, и только Энцо Феррари в разговорах с коллегами скромно упоминал, что «не видел его». Через год в Женеве дебютировало купе Lamborghini 350GT уже «с мотором». А в 1965 году на том же Туринском автосалоне было представлено шасси нового Lamborghini, который стал настоящим «убийцей» для Ferrari. Шутка ли — 350 л.с. и 275 км/ч! Теперь все журналисты будут сравнивать их — Lamborghini и Ferrari — причем далеко не всегда в пользу последней. Несколько человек внесли предоплату за новинку, которую потом назовут Lamborghini Miura. Кузов для нее Ламборгини поручил нарисовать Марчелло Гандини — самому молодому дизайнеру из Bertone: когда тот создавал Miura, ему было всего 27 лет.

Благодаря центральному расположению двигателя Гандини удалось сделать неповторимый стремительный силуэт автомобиля — тогда это был настоящий прорыв. Поздние версии Miura развивали мощность 385 л.с. и преодолевали заветный рубеж в 300 км/ч — куда уж там Ferrari!
Самый быстрый автомобиль в мире сразу же превратился в культовую вещь. Одним из первых владельцев Miura стал князь Монако Ренье — страстный коллекционер автомобилей. Самый состоятельный автовладелец мира — иранский шах Пехлеви — имел несколько десятков Lamborghini. На красном Lamborghini Miura, сделанном по спецзаказу в 1971 году, шах проводил зимние каникулы в Швейцарии, а на желтом Lamborghini Espada 1968 года возил в школу своего сына.

ПРАВИЛА ВИНОДЕЛА

Удача теперь будет преследовать Ламборгини каждый год: тракторист-импрессарио решил, что модельный ряд его автомобилей будет обновляться именно ежегодно. Этого не могли себе позволить автомобильные гиганты, а относительно небольшой фирме было по силам. 1966 год ознаменовался появлением 400GT и новой Miura. В 1967 г. дебютирует Espada, которую до сих пор называют одной из лучших моделей фирмы. В 1968 г. появился Iserlo — «автомобиль для состоятельных бизнесменов», а в следующем году — Iserlo GTS c измененным интерьером и усовершенствованной подвеской. 1970 г. — год рождения Jarama и Urraco (последний автомобиль с дизайном кузова от Bertone). В 1971 г. увидел свет прототип Countach — детище Гандини, ставшего любимцем Ферруччо, год спустя — Jarama GTS. В 1973 г. Countach был запущен в серийное производство…

Головокружение от успехов негативно сказалось на Ферруччо Ламборгини. В 1974 году он проморгал крупный заказ на поставку тракторов. Финансовые потери оказались такими огромными (были взяты кредиты, расширены площади, закуплено новое оборудование), что Ферруччо пришлось уступить 51 процент автомобильного производства швейцарцу Россетти. Через пару лет из-за топливного кризиса, ударившего по дорогим спортивным автомобилям, он был вынужден продать и остальное. А вскоре пришлось отказаться и от тракторов — Ламборгини оставил себе лишь пару второстепенных заводов.

Тогда полностью отошедший от механизации Ферруччо занялся виноделием. Он приобрел поместье La Fiorita в одном из лучших винодельческих мест центральной Италии, недалеко от озера Тразимено. Тут, видимо, сказались крестьянские корни — он изобрел новую виноградарскую философию, которая заключалась в повышении плотности высадки лоз и отборе только лучших сортов. Вино Sangue di Miura («Кровь Миуры») отлично раскупалось.

К «отставнику» по старой привычке заезжали знаменитости. Когда-то Ники Лауда тайком от Феррари, на которого работал, попросил у Ферруччо попробовать один из его автомобилей, Ламборгини великодушно выдал ему Countach — «прокатиться до Милана и обратно». Журналистам, приезжавшим за интервью, он собственноручно варил кофе. «Да, сам Ферруччо Ламборгини делал нам кофе! Вы только можете представить себе, чтобы Энцо Феррари варил вам кофе на кухне своей резиденции?» — репортеры были просто в экстазе. За чашечкой кофе винодел ностальгировал: «Если бы я нашел хотя бы десяток единомышленников, я забыл бы про свои годы и начал бы с нуля. И я вернул бы славу тех дней, славу шестидесятых… Но сейчас я наслаждаюсь тишиной и спокойствием своих виноградников. А когда мне это надоедает, я иду в гараж и поворачиваю ключ в замке зажигания своей «Миуры». И тогда мое сердце начинает биться сильнее».

Сердце Ламборгини перестало биться 20 февраля 1993 года. Моторы автомобилей с быком на эмблеме крутятся до сих пор. Его сын Тонино еще при жизни отца начал создавать в Болонье музей Lamborghini, собрав под одной крышей все модели спорткаров, которые создал его отец, и все модели тракторов, начиная с конца 40-х. Это и сыновний долг, и неплохой коммерческий проект — само имя Lamborghini до сих пор приносит прибыль, а бутылка вина Sangue di Miura урожая 1979 года стоит на винном аукционе нескольких сотен евро вовсе не потому, что урожай той осенью был отменным.

ТЕКСТ ИВАН БАРАНЦЕВ, ФОТО GAMMA, AUTOMOBILI LAMBORGHINI SPA

Автопилот, Декабрь, 2005 № 12 (141)

СОМЕЛЬЕ ЛАМБОРГИНИ

«В 1955 я купил Mercedes-Benz 300SL — «Крыло чайки». Это был замечательный автомобиль с прогрессивным для своего времени дизайном. Но он не надолго задержался в моем гараже — спустя несколько лет я уступил его приятелю. Я хотел попробовать что-то новое, «в стиле Ферруччо Ламборгини»»
«У меня было два Maserati 3500GT. Но я не очень люблю эти автомобили. Они оставляют чувство тяжести и к тому же не очень быстры — всего 220-230 км/ч»

«Я пробовал ездить на Aston Martin DB, но так и не купил его. Этот автомобиль считают «великим спорткаром 50-х и 60-х». Ну, как же — сам Джеймс Бонд на нем ездил! Но мне он не по душе. Чем-то напоминает английский вариант Maserati 3500GT — старомодный, шумный и тряский»
«Из автомобилей Jaguar у меня был только один — ранний E-Type купе. Это очень импозантный автомобиль, и я его очень любил. Правда, на ходу я всегда замечал, что его задняя подвеска достаточно «нервная». Зато смотрелся E-Type великолепно, и, когда я делал свой первый автомобиль со Скальоне, я сказал ему: «Хочу итальянский E-Type»».

«Все три моих Ferrari имели проблемы со сцеплением. Когда я ехал спокойно, все было нормально. Но стоило только прилично разогнаться, как оно начинало проскальзывать. Я несколько раз приезжал в техцентр, но там ничего не могли сделать. Тогда я купил более совершенное сцепление фирмы Borg & Beck и установил его на свой Ferrari в одной из моих мастерских по ремонту тракторов. Потом я снял головку блока и заменил ее на головку собственной конструкции. Затем поставил другие карбюраторы. Теперь это был хороший автомобиль. Несколько раз я выезжал на нем серьезно прохватить, и мой Ferrari был на 25 км/ч быстрее обычного! Когда меня спрашивали: «Ламборгини, что ты сделал со своей машиной?», я с усмешкой отвечал: «Не знаю»».

«Я предпочитаю Jarama всем остальным моделям, потому что это идеальный компромисс между Miura и Espada. Miura — это автомобиль для молодых и горячих сердцем, которые хотят мчаться, как дьявол, и быть на виду. Для меня Miura слишком экстравагантна. Espada наоборот была моим Rolls-Royce: быстрая, но одновременно большая и комфортабельная. Jarama — идеальный вариант, если хочешь иметь один автомобиль. Urraco идеален для женщин, любящих быструю езду. А Bravo я задумал как автомобиль для влюбленных. Мой друг Бертоне даже собирался сделать в ней все стекла черными».

«Когда меня просят назвать идеальный автомобиль, я отвечаю одним словом — Miura. Жизнь этой экстраординарной берлинетты никогда не закончится. Последнее время я радуюсь, когда гляжу на свою Miura. Она до сих пор держит марку, и я могу с уверенностью сказать, что с тех пор не создано автомобиля лучше, чем этот. Miura была первым настоящим воплощением нашей дикой фантазии, это был абсолютно фантастический автомобиль!»

После ухода Ферруччо из фирмы какое-то время продолжала выпускаться Espada, однако ее производство так и не смогло стать прибыльным — в 1978 году Lamborghini Automobili SpA объявили банкротом. В 1980 году отчаявшиеся антикризисные управляющие предложили купить компанию самому Ферруччо Ламборгини, но тот только отмахнулся от нее. Наконец в 1981 году Lamborghini приобрели продуктовые магнаты братья Мимран. Они дали предприятию новое название — Nuova Automobili Ferruccio Lamborghini SpA, но от этого дела у них не пошли лучше. Потом в судьбу Lamborghini вмешался великий и ужасный Ли Якокка: в 1987 году он приобрел еле дышащую компанию. Суперменеджер возвратил ей прежнее название и дал жизнь новой модели — Lamborgini Diablo, вернувшей марке славу «самого быстрого автомобиля в мире». С 1994 по 1998 год компания являлась собственностью индонезийской фирмы Power Corporation, принадлежащей Хутомо Мандала Путра, сыну президента. Сейчас ею владеет компания Audi, являющаяся подразделением концерна Volkswagen.

Обитатели ранчо Эдуардо Миура Фернандес и Ферруччо Ламборгини поместили себя на вычурную этикетку вина Sangue di Miura, названного так в честь бешеной Lamborghini Miura.

АвтоОбоз © 1999-2017. Версия 4.0. Идея и создание: Александр Флегентов

Яндекс.Метрика